Кому в Слободском жить хорошо?

«Роман сказал: помещику, Демьян сказал: чиновнику, Лука сказал: попу…» Помните  эти строки из поэмы Некрасова? Именно их автор заметки в «Вятской незабудке» использовал в качестве эпиграфа к рассказу о работе городской думы Слободского. И, судя по рассказу, не далек от истины оказался Демьян.

Slobod5W

Делишки втихомолку

«Вообще, это, конечно, вопрос трудноразрешимый, но в частности, приблизительно, можно все-таки сказать, что хорошо, «вольготно» живется теперь в Вятской губернии городским управлениям и управам, особенно в уездных городах, где, как, например, в Слободском, сильно развита промышленность и торговля. В самом деле, городские думы пользуются совершенной свободой относительно времени заседаний и предметов обсуждения, не состоят в подозрении какой-то неизбежной, роковой «неблагонадежности», подобно земским собраниям… Они втихомолку обкладывают свои делишки, взимают налоги, расходуют их как им вздумается, постоянно строят что-нибудь «хозяйственным способом» и живут себе припеваючи.

Обязательных расходов у них немного. Доходы же, хоть и невелики, но верны. Что же касается необязательных расходов, то их можно сократить до последней возможности, благо нареканий за экономию от «своих» не услышишь, а «чужим» не всегда удается проникнуть в тайны городского самоуправления, так как печатание думских постановлений практикуется редко. Впрочем, если бы какая-нибудь из уездных дум и нашла нужным опубликовать свои постановления, то она сумеет придать им столько бесцветности, что отобьет у читателя всякую охоту воспользоваться ее изданием. Торопиться ей некуда. Постановления 1876 года, например, можно издать чуть не в половине 1877 года, а денежный отчет привести за 1875 год. И достаточно будет привести одни только голые цифры, что, мол, состояло в наличии столько-то, «прибыло» столько-то, «убыло» столько-то, затем «итого» — и дело с концом. Все это займет каких-нибудь страниц 60-70 — и дешево, и сердито».

Об ограничении питий


«В таком именно роде составлена книжка «Постановления Слободской городской думы за 1876 год», доставленная нам недавно одним из гласных. На 67 страничках в ней изложена сущность всех вопросов, обсуждением которых занимались гласные в течение 11 заседаний, и в конце приведен коротенький отчет по приходу и расходу денежных сумм в 1875 году. Как ни мелочны эти вопросы, книжка все-таки интересна, потому что дает хоть какой-нибудь материал для ознакомления с положением городского хозяйства в Слободском. Хозяйственная часть ограничивается у нас, впрочем, лишь отдачей земель в аренду, продажей их, дозволением и запрещением построек и назначением платы за места для торговли.

Единодушие между гласными Слободской думы до того полно, что во все 11 заседаний оказалось только двое «протестантов» в лице прикосновенных к винному делу гг. Макарова и Батенькова, не согласившихся с общим мнением по вопросу об ограничении общих мест по продаже питий… Впрочем, ограничение мест продажи питий все-таки состоялось, только результаты его вышли чрезвычайно курьезны. На Глазовской улице, например, не дозволено открывать питейных заведений. А место бойкое, удобное для торговли. Как тут быть? Находчивые предприниматели, не долго думая, пробивают в угловых домах двери из поперечных улиц на расстоянии нескольких шагов от Глазовской, украшают их затейливыми вывесками с надписью «Ренсковой погреб» (в котором, однако, ничего нельзя найти, кроме водки) и посмеиваются себе над постановлением думы».

old_32

Правила будущего

«Из постановлений не видно почти никаких забот думы о благоустройстве города или об удобствах жителей. Да и нужны ли еще какие бы то ни было заботы после того, как в 1873 году дума издала сборник «Обязательные постановления для городских жителей по предмету городского благоустройства». Постановлений, заметьте, настолько хороших, что они обратили на себя внимание журнала «Здоровье», а правительственный вестник даже признал их «образцовыми». Да оно и не удивительно. В сборнике предусмотрено все: содержание мостов, тротуаров, выгребных ям, хлевов, одежда извозчиков и обращение их с лошадьми, порча памятников, благовидность ларей и столов для торговли и пр. и пр…. Есть даже правила, не имеющие смысла в настоящем и рассчитанные, вероятно, на отдаленное будущее, например: «запрещается на бульварах, в садах и других общественных местах портить дорожки, скамейки, деревья, цветы». А в Слободском, как известно, в настоящее время нет ни бульваров, ни садов (за исключением городнического сада, или скорее березовой рощи, вход в которую все лето бывает наглухо заколочен досками), так что негде расти и цветам. Вообще, правил столько, что если бы полиция вздумала действительно следить за их исполнением, то чинам ее скоро пришлось бы обратиться в «живот свой на брани положивших». Что же говорить об «одежде для извозчиков», «рисунках для ларей» и т. п. предусмотренных правилами тонкостях, когда полицейские до сих пор не могут достигнуть даже того, чтобы обывательские коровы не бродили по улицам и не собирались стадами на площадях.

Между тем, слободская городская управа, издавши свои знаменитые ордонансы, полагает, что она уже совершила в «пределе земном все земное», и опочила на лаврах, ограничивая все свои дальнейшие заботы по управлению лишь тем, чтобы собрать как можно больше доходов и истратить из них насколько возможно меньше. Поэтому у ней обложены сбором даже предметы первой необходимости, продаваемые с возов крестьянами, например, мясо, овощи и т.д. В расходах же соблюдается просто чудовищная экономия, если принять во внимание блестящее состояние городских финансов. Об освещении улиц от города нет и помину, доставление гражданам каких бы то ни было удобств считается возможным лишь в том случае, если это не будет стоить городу ни копейки.

Вот вопиющее доказательство скаредности нашей думы: мещанский староста просил принять на счет города недоимку в 650 рублей за лечение мещан в земской больнице. И что же? Дума отвечала на эту просьбу ассигнованием только 200 рублей, хотя затрачивала в 1875 году на лечение плательщиков всего лишь 262 рубля… Справедливо ли в таком случае облагать беднейших плательщиков еще новым налогом, когда у города 75 тысяч капитала и доходы его значительно превышают расходы? Не менее жалкую сумму расходует слободской и на просвещение граждан. В 1875 году в графе «народное образование» значится лишь около 500 рублей, хотя в городе более 8 тысяч жителей, и следовательно никак не менее тысячи детей школьного возраста. Всего больше город тратит на содержание общественного управления (около 6 тысяч), пожарной части (более 2 тысяч) и полиции (около 3 тысяч).

При такой строгой экономии тем непонятнее кажется один случай, где дума отказалась сама от получения в пользу города, и даже после того, как управа указала ей на упущения по сбору с городских земель. Управа доложила думе, что некоторые именитые граждане издавна завладев более или менее значительными участками городской земли, не платят за нее налога. Дума обсуждает доклад и приходит к такому решению: оставить землю за владельцами на прежних основаниях.

… Состояние городских финансов цветущее: кроме капитала в 75 тысяч у города являются ежегодные остатки от расходов… Долгов у города совсем нет. Недоимки всего лишь тысячу рублей… Но увы! Большинство граждан далеко не благоденствует, несмотря на блестящее состояние городской казны. Бедность в Слободском ужасающая; труд ценится крайне дешево, а нищенство развито до такой степени, что местное благотворительное общество не может помочь и сотой доле нуждающихся».

 

Подготовила
Мария Петухова
petuhova.mv@gmail.com

по материалам «Вятской незабудки», 1878 год.
Фото: http://gorod-s.narod.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *